Горел ярким пламенем

Павловский А.А. родился в 1914 г. в семье железнодорожника. Лет двенадцати остался без матери. Не хватало нежных и трудолюбивых материнских рук, не хватало тёплого, как парное молоко, как солнечный свет, материнского слова. Учеба в школе и домашние дела заполняли досуг паренька, не давали впасть в уныние. Теперь Алексей – опора и надежда доброго и мужественного отца.

И была высокая мечта, звала Алексея в безкрайний небесный океан. И видел себя парящим в синем просторе и обозревающим землю с высоты высокой, как сокол, как солнечное коло.

Паренёк рыл лопатой котлованы под корпус металлургического комбината. А рядом удивительная Дева Мечта напевала крылатые песни, звала к другой тропе, к другой судьбе, поднимала в высь на свои крыла. Алексей пьянел от воображаемых полетов. Рисовал остроотточенным карандашом самолёты и себя в них.

Но пошел учиться по желанию отца в железнодорожную профессионально-техническую школу, окончил её, стал помощником машиниста паровоза и водил поезда. К работе относился ответственно, заинтересованно, влился в коллектив без стрессов, наставления наставников его не огорчали, не кичился, принимал, как должное. Покладистость – от матери, упорство – от отца.

Алексей не мог довольствоваться фабричным образованием, которое получил. Стране нужны знающие люди, а не подмастерья. Он начал готовиться в институт и вскоре стал студентом Сибирского металлургического института. Учиться тогда было непросто. Институт не имел своего здания, не имел общежития для студентов, жили в палатках. Кузнецкий металлургический институт (СМИ) только строился, в котором предстояло работать Павловскому А. и его товарищам. Субботники и воскресники заполняли свободное время от лекций. Страна жила напряженными трудовыми буднями, и студенты шагали в ногу со временем. Многие не выдержали нагрузки, бросили учёбу. Алексей был не из таких. Учился хорошо, другим помогал, отзывался на каждый зов о помощи, светился внутренним светом, сиял, как солнышко.

Алексей избран секретарём комитета комсомола института, пользовался уважением у студентов и строителей металлургического комбината. Любил театр, старался не пропустить новые и старые постановки, а потом, захлебываясь, рассказывал однокурсникам так, что други непроизвольно видели воочию игру актёров.

Везде успевал, где только брал энергии и время, зажигал своим горением однокурсников и тех, кто соприкасался с ним на жизненном пути.

Алексей, наконец-то, сделал первый шаг в реализации заветной мечты – записался в аэроклуб. Сумел с отличием окончить институт и одновременно изучить лётное и парашютное дело.

Вот что рассказал о Павловском А. его друг Алексей Павлович Мокринский: «С Алексеем я впервые встретился в 1931 году на подготовительных курсах. Через год мы стали студентами СМИ, который окончили в 1937 году. За пять лет учёбы я хорошо узнал этого жизнерадостного паренька, верного товарища, хорошего общественника и спортсмена. Он много сил тратил на работу в комитете комсомола, но, не смотря на занятость, выкраивал время для занятий в аэроклубе. В 1937 году успешно окончил лётную школу и получил звание лётчика».

По окончании учёбы Павловский А. А. был оставлен в институте в качестве преподавателя на кафедре литейного производства. Читал лекции, руководил практикой. Павловский А. А. хотел быть ближе к производству, боялся, что пропадут труды долгих лет учёбы. В 1938 г. Алексей Андреевич оставил преподавательскую деятельность, где ему прочили завидное будущее.

Алексей Андреевич получил назначение во Владивосток и уехал на Дальзавод. Ему определили должность – заместитель начальника литейного цеха. Через три месяца – начальник литейного цеха. Павловский А. А. показал себя хорошим организатором; его цех был в числе передовых; его фотография красуется заслуженно на Доске Почёта. Не оставил общественную работу, он и на заводе горел ярким пламенем: редактор многотиражки Дальзавода, член Владивостокского горкома КПСС.

«В день авиации, – вспоминает жена Павловского А. А. Зинаида Алексеевна, – мы с ним ездили на аэродром. И он всегда с завистью смотрел на лётчиков, душа его рвалась в небо. Дома он очень много занимался. У нас была большая техническая библиотека. Мы оба работали, занимались общественными делами, но всё же часто посещали театр и кино. Лёша очень любил театр.

Он был хорошим семьянином. И, когда у нас умерла младшая дочка, он страшно переживал, не мог найти себе места. Потом всю свою любовь переключил на старшую Элеонору.

Кстати, я хочу рассказать, почему у неё такое имя. Он был влюблён в авиацию и вот, когда у нас должен был появиться на свет ребёнок, Леша сказал: «Если родится сын, то я его назову Пропеллером, а если родится дочь, то тем именем, которое ближе к самолёту. И вот, когда родилась дочь, он сказал: «назови её Элеонора, ближе к элерону (название части самолета)». Так и назвал её».

Приморский крайком партии направил Павловского А.А. из Владивостока на пуск «Амурстали». В г. Комсомольске-на-Амуре Алексей Андреевич возглавил литейный цех завода «Амурсталь». Ему поручили вести подготовительные работы. День и ночь он не выходил из цеха. Его кровать стояла прямо в кабинете. Выпуск нужного литья наладили в срок. Он во время появлялся в нужное время в нужном месте. Он умел разговаривать, как с рабочими литейного цеха, так и со строителями завода. Он находил путеводную нить к окружающему люду, такому разному, но с тонкой душой; и старался эту нить не оборвать. По душе пришёлся коммунистам, они избрали его освобождённым заместителем секретаря партийного комитета. И тут Алексей Андреевич остался верным себе, поспевал всюду, где нужно было выправить положение. Много беседовал с людьми, особенно с молодыми рабочими. Часто заглядывал в свой цех. Всё интересовался, как идёт освоение производства, как учатся мастерству подростки.

Мирный труд, все мечты, надежды, творческие поиски разрушила война. Вероломный и жестокий враг напал на нашу Родину-Мать. Могли ли Сыновья и Дочери стоять в стороне и наблюдать, как Мать страдает?

Из воспоминаний жены Павловского Алексея Андреевича:

«Я хорошо помню тот день, когда началась война. Сразу же после выступления руководителей по радио он уже был в военкомате; его сразу не взяли, специалисты были нужны в тылу. Но всё же он мне сказал, что добьётся, чтобы его взяли на фронт, что стыдно здоровому и сильному человеку сидеть в тылу, когда льётся кровь миллионов людей.

И сразу же тыл стал вторым фронтом. Работа шла под лозунгом: «Всё для фронта, всё для победы!»

Алексей дни и ночи проводил в цехе. В конце 1941 г. пришла горькая весть: в боях с фашистами погиб его брат Александр. «Моё место на фронте,» – писал во все инстанции Алексей. Его пытались убедить, удержать; говорили, что как инженер, он нужен на заводе; назначили главным металлургом завода. Но он стоял на своём: «Отправляйте на фронт. Сегодня я не инженер, а лётчик». И он добился своего.

В сентябре 1942 г. Павловский А. А. как мальчишка, сбежал из Комсомольска, поехал на фронт; но в Чите его сняли с эшелона и вернули на «Амурсталь». Как коммунист, он честно трудился, вёл за собой коллектив, но по-прежнему, вновь и вновь, просился в действующую армию. Павловский А.А. второй раз сделал попытку – добраться до фронта. Но перед Уралом его сняли с эшелона и отправили в Комсомольск-на-Амуре.

Наконец, его просьбу удовлетворили, зачислили в лётную часть после переподготовки. Теперь Алексей Андреевич – лётчик-истребитель. Это случилось в октябре 1942 г. Получил самолёт и участвовал в воздушных боях.

В январе 1943 г. семья Павловского А. А. переехала в Новокузнецк. Зинаида Алексеевна получит первый солдатский треугольник. Письмо-присяга. Присяга самому себе, присяга на верность Отчизны, присяга родным, семье:

«Дорогая моя жена! Милая дочурка! То, что я добивался в течение полутора лет, свершилось. Я на фронте. Мне, как коммунисту, гражданину своей страны выпала великая честь – защищать Родину с оружием в руках. Знайте, дорогие мои, пока у меня глаза видят, пока руки и ноги мои могут управлять самолётом, пока в груди моей бьётся сердце, я буду защищать свою Родину до последнего дыхания, до последней капли крови».

Грохочущее лето 1943 г., скорбное, невыносимо трудное. Алексей Андреевич, капитан боевой эскадрильи, пишет: «слов не найти, что делается сейчас в воздухе и на земле. История едва ли видела такой силы бои. В небе черно. Ежедневно мы вылетаем по несколько раз, не знаем ни дня, ни ночи, покоя и отдыха».

Письмо из госпиталя, из Нижнего Волочка:

«… Нас было двое в свободном полёте: ведущий – капитан Павловский, ведомый ГСС Василий Петров. Пришлось вступить в бой с девятью «мессершмитами». Бой был короткий. Мы сделали всё, что могли. Решался вопрос: жизнь или смерть. Петров решил таранить, у него кончились боеприпасы. И это был благородный смертельный таран. Жизнь друга дорого обошлась врагу. Я расстрелял последние патроны и добавил счет на единицу. Когда мой самолёт пришёл в негодность, я выпрыгнул на парашюте. Но враг прошил меня очередью из пулемета. Очнулся на земле у своих, на походных носилках».

Здоровый организм быстро справился с ранами. Но его всё не выписывали, всё еще не годен для сражения с недругом. Для Алексея лежание на больничной койке равна боли, что получил в воздушном бою. Вот строчки из письма Алексея Аркадьевича к жене и дочке:

«Сколько друзей моих гибнет на фронте, а я отлёживаюсь. Место солдата-коммуниста в бою. Решается судьба Родины, а я ничем помочь не могу. Скорее бы в строй».

А через пятнадцать дней солдатский треугольник летит к жене с вестью: «Я был рад, когда услышал слово: «Годен». Я его оправдаю в бою. Буду честно служить Родине. Адрес сообщу».

 

Далее фронтовые пути Павловского А.А. отмечены на земле: командовал стрелковым батальоном. Батальон капитана Павловского А.А. бросали на самые трудные участки фронта. А разве есть в фронтовой полосе лёгкие участки?! Командование было уверено, что он справится с любой поставленной задачей. Солдаты в батальоне отличались высокой выучкой, боевым мастерством и организованностью.

«В боях за Днепр перед батальоном Павловского поставили задачу – во чтобы то ни стало овладеть выгодной в военном отношении высотой 177.0. Командир принял решение атаковать врага с флангов. Скрытно и безшумно двигались солдаты к нужной высоте. Враг не ожидал нападения в данном направлении и отступил. Теперь её хозяевами стали солдаты батальона Павловского. Через два-три часа высотку окружили фашистские танки. Но советские воины отразили контратаку противника и вышли из окружения. При этом были уничтожены десятки гитлеровцев. Наш батальон захватил шоссейную дорогу и занял оборону по скатам высоты. Враг бросил против него 46 танков и три роты пехоты. Ему удалось прорвать край обороны левого соседа и отрезать батальон Павловского. Целый день батальон во главе со своим командиром стойко и самоотверженно отражали атаки врага. Всё труднее становилось сдерживать озверевших фашистов небольшой горстке храбрецов. Связь с полком была прервана. Боеприпасы на исходе.

Батальон Павловского за сутки уничтожил 17 немецких танков, в том числе семь «тигров». Две пехотные роты гитлеровцев нашли себе могилу на левом берегу Днепра. Сам капитан Павловский ходил в атаку со своими бойцами до тех пор, пока не был контужен и не потерял сознание. Фашистам удалось захватить группу смельчаков, которые уже не имели патронов. Фашистские изверги пытались выбить у раненых советских воинов сведения о наших силах, вооружении.

Павловский А.А. не скрывал своего звания и должности. Фашисты пытались склонить его к измене, выпытывали у него сведения о дислокации наших войск, о замысле наступления. Они жестоко пытали его. Солдаты и командир держались мужественно. Несмотря на неимоверные мучения, не выдали тайны врагу, не склонили головы. И когда фашисты поняли, что уже все средства истязаний исчерпаны, а офицер советской Армии предателем быть и не помышляет, они заперли его вместе с ранеными бойцами в сарай и сожгли живьём» (А. Берлин, председатель клуба «Поиск», декан факультета общественных профессий Сибирского металлургического института).

Гитлеровцев обуял страх, когда из огня послышалась слаженная песня, в которой слова о любимой, о родном доме. Летела песня огненной птицей в Небеса, ширилась, заполняла безкрай. А там, в Синем Просторе, Крылатые Небисины, подхватили мелодию; божественные голоса, словно летний дождик, орошали землю, славили достойных. Лебединые Девы встречали Героев, приглашали в Белые Палаты, поили напитком безсмертия.

20 декабря 1943 года в газетах «Правда», «Известия», «Труд» был опубликован Указ президиума Верховного Совета СССР о присвоении капитану Павловскому Алексею Андреевичу звания Героя Советского Союза.

Спустя месяц, из части, где служил Алексей Андреевич, его жене прислали последнюю записку для дочери Элеоноры и письмо жене.

«Дорогая Дочь! Если эта записка окажется последней, прошу об одном: будь предана Родине, как был предан твой отец. Презирай всё несправедливое, безчестное, ложное. Люби Родину и свой народ, как любил твой отец!»

«Дорогая Зинуля! Возможно эти строки вместо нового адреса останутся у тебя в сердце твоём. Если тебе сообщат здесь, что я убит, что не вернулся, чтобы снова взлететь, всё равно не плачь. Если напишут тебе, что выйдя из боя, покачнулся, упал и встать не мог … Всё равно не плачь».

"На высоком берегу Днепра, в Кущевой роще, там, где капитан Павловский сражался с врагами, теперь поставлен постамент: воин склоняет голову над погибшими друзьями. У подножия постамента всегда живые цветы. Их приносят школьники, колхозники деревни Каменка и окрестных сёл Днепропетровской области.

В г. Комсомольске-на-Амуре то шоссе, что связывает посёлок и завод «Амурсталь», названо именем Павловского, а при входе на завод установлена мемориальная доска. Подвиг Павловского не забыт, как не забыты подвиги всех тех, кто сделал свой шаг в безсмертие во имя жизни и счастья на земле». А. Берлин, 1982 г.

 

С.Вишнякова

 

Комсомольск-на-Амуре

Рассказать друзьям:


Комментарии (0)

Написать комментарий